قَالَ قَدْ وَقَعَ عَلَيْكُمْ مِّنْ رَّبِّكُمْ رِجْسٌ وَّغَضَبٌۗ اَتُجَادِلُوْنَنِيْ فِيْٓ اَسْمَاۤءٍ سَمَّيْتُمُوْهَآ اَنْتُمْ وَاٰبَاۤؤُكُمْ مَّا نَزَّلَ اللّٰهُ بِهَا مِنْ سُلْطٰنٍۗ فَانْتَظِرُوْٓا اِنِّيْ مَعَكُمْ مِّنَ الْمُنْتَظِرِيْنَ
qāla qad waqa‘a ‘alaikum mir rabbikum rijsuw wa gaḍab(un), atujādilūnanī fī asmā'in sammaitumūhā antum wa ābā'ukum mā nazzalallāhu bihā min sulṭān(in), fantaẓirū innī ma‘akum minal-muntaẓirīn(a).
Со (Худ) валэктӥз: «Зэмзэ но, Инмарлэсь ӝож мылкыдзэ но ӝожомемзэ тӥледлы сётозы. Тӥляд потэ-а монэн споръяськыны нимъёс (идолъёс) сярысь, кудъёссэ тӥ но тӥляд выжыосты асьтэос кылдытӥды, Аллах со сярысь ивортон ӧз усьты ке но? Озьы ке, возьмалэ! Зэмзэ но, мон но тӥледын ӵош возьмасьёс пӧлын».
وَلَمَّا رَجَعَ مُوْسٰٓى اِلٰى قَوْمِهٖ غَضْبَانَ اَسِفًاۙ قَالَ بِئْسَمَا خَلَفْتُمُوْنِيْ مِنْۢ بَعْدِيْۚ اَعَجِلْتُمْ اَمْرَ رَبِّكُمْۚ وَاَلْقَى الْاَلْوَاحَ وَاَخَذَ بِرَأْسِ اَخِيْهِ يَجُرُّهٗٓ اِلَيْهِ ۗقَالَ ابْنَ اُمَّ اِنَّ الْقَوْمَ اسْتَضْعَفُوْنِيْ وَكَادُوْا يَقْتُلُوْنَنِيْۖ فَلَا تُشْمِتْ بِيَ الْاَعْدَاۤءَ وَلَا تَجْعَلْنِيْ مَعَ الْقَوْمِ الظّٰلِمِيْنَ
wa lammā raja‘a mūsā ilā qaumihī gaḍbāna asifā(n), qāla bi'samā khalaftumūnī mim ba‘dī, a‘ajiltum amra rabbikum, wa alqal-alwāḥa wa akhaża bira'si akhīhi yajurruhū ilaih(i), qālabna umma innal-qaumastaḍ‘afūnī wa kādū yaqtulūnanī, falā tusymit biyal-a‘dā'a wa lā taj‘alnī ma‘al-qaumiẓ-ẓālimīn(a).
Нош Моисей калыкез доры берытскыса, ӝожомыса но куректыса шуиз: «Кыӵе кышкыт ужъёс лэсьтӥды, мон ӧй вал ке, Кузё-Инмардылэн кыл сётэмезлы пумит луэмды потэ-а?» Моисей табличкаез (Тораез) лэзиз но агаезлэсь (Арунлэсь) йырзэ кутыса, сое ас палаз кыскиз. (Харун) шуиз: «О, анаелэн пиез! Та калык монэ ляб лыдъяз но монэ ӧжыт гинэ вииз, соин ик тушмонъёстэ мынам шудтэм учыре эн шумпоттэ, монэ шонертэм адями эн кары».
وَلَمَّا سَكَتَ عَنْ مُّوْسَى الْغَضَبُ اَخَذَ الْاَلْوَاحَۖ وَفِيْ نُسْخَتِهَا هُدًى وَّرَحْمَةٌ لِّلَّذِيْنَ هُمْ لِرَبِّهِمْ يَرْهَبُوْنَ
wa lammā sakata ‘am mūsal-gaḍabu akhażal-alwāḥ(a), wa fī nuskhatihā hudaw wa raḥmatul lil-lażīna hum lirabbihim yarhabūn(a).
Нош Моисейлэн ӝожомемез кулэсмем бере, со (берытскиз) табличкаосты (Тораез); Солэн гожъямъёсаз Кузё-Инмарзылэсь кышкасьёслы кивалтон но жалян вань.
فَرَجَعَ مُوْسٰٓى اِلٰى قَوْمِهٖ غَضْبَانَ اَسِفًا ەۚ قَالَ يٰقَوْمِ اَلَمْ يَعِدْكُمْ رَبُّكُمْ وَعْدًا حَسَنًا ەۗ اَفَطَالَ عَلَيْكُمُ الْعَهْدُ اَمْ اَرَدْتُّمْ اَنْ يَّحِلَّ عَلَيْكُمْ غَضَبٌ مِّنْ رَّبِّكُمْ فَاَخْلَفْتُمْ مَّوْعِدِيْ
fa raja‘a mūsā ilā qaumihī gaḍbāna asifā(n), qāla yā qaumi alam ya‘idkum rabbukum wa‘dan ḥasanā(n), afaṭāla ‘alaikumul-‘ahdu am arattum ay yaḥilla ‘alaikum gaḍabum mir rabbikum fa akhlaftum mau‘idī.
Соку Мусо ӝожомыса но куректыса калыкез доры берытскиз. Со (Моисей) шуиз: «О, мынам калыке! Тӥляд Кузёды тӥледлы ӟеч кыл сётӥз-а? Тӥ понна огкыл дыр туж кузь-а яке тӥляд потэ-а, Инмарлэн ӝожомемез тӥ вылэ мед усёз шуыса, малы тӥ монэн огкыл тӥяды?»
وَذَا النُّوْنِ اِذْ ذَّهَبَ مُغَاضِبًا فَظَنَّ اَنْ لَّنْ نَّقْدِرَ عَلَيْهِ فَنَادٰى فِى الظُّلُمٰتِ اَنْ لَّآ اِلٰهَ اِلَّآ اَنْتَ سُبْحٰنَكَ اِنِّيْ كُنْتُ مِنَ الظّٰلِمِيْنَ ۚ
wa żan-nūni iż żahaba mugāḍiban fa ẓanna allan naqdira ‘alaihi fa nādā fiẓ-ẓulumāti allā ilāha illā anta subḥānaka innī kuntu minaẓ-ẓālimīn(a).
Нош (тодады вае) Зун Нунлэсь (Ионалэсь) историзэ, куке со ӝожомыса кошкиз, соку со малпаз, Ми солы секыт ум лэсьтэ шуыса, соин ик со туж пеймыт югдуре вӧсяськиз: «Тон сяна, Инмар ӧвӧл, Тӥледлы дан. Зэмзэ но, мон янгыш лэсьтӥсьёс пӧлысь одӥгез».